Женщины Тишита: вожаки караванов и ученые

Как только караван Ярфуны показывался у последней дюны перед пересохшим озером на краю Тишита – некогда цветущего оазиса в сердце исламской Мавритании, весь город поднимался на ноги. Все бежали встречать процессию верблюдов, с шумом и ликованием, громко восхваляя Аллаха за то, что путешественники вернулись целыми и невредимыми.

Такова давняя традиция сахарских народов, у которых уход или прибытие каравана всегда были знаменательными событиями года, немногочисленными кульминационными моментами, прерывающими неспешное течение повседневной жизни.

Ярфуна из бывшего племени рабов масна была одной из самых знаменитых вожаков караванов за всю историю города. Она родилась в конце XIX века и умерла в 1960-х годах. Ярфуна славилась не только умением преодолевать любые напасти, уготовленные природой или человеком, но и была успешной предпринимательницей:

«Ярфуна водила караваны и сдавала внаем своих верблюдов», — объясняет один из старейшин народа масна шейх Сид Ахмед Ульд Баба Мине (Sid Ahmed Ould Baba Mine).

По стандартам сахарских народов, такие женщины, как Ярфуна, были исключением, так как Тишит – единственный оазис в Мавритании или даже в регионе, женщины которого имели отношение к караванной торговле. Женщины Тишита преуспели и в других областях. Женщины из рабов, находившиеся на низшей ступени социальной лестницы, сами ходили с караванами и участвовали в торговле на свои сбережения. Женщины более высокого положения умели читать и писать, торговали через посредников и некоторые были действительно образованными людьми.

Тишит расположен на юге Мавритании, он лежит у подножья известнякового плато. Вот уже более тысячи лет здесь процветает многообразие этносов и культур. Именно здесь археологами были обнаружены древнейшие свидетельства окультуривания местных растений за пределами Северной Африки и долины Нила, относящиеся к периоду около 2 тысяч лет до нашей эры. Неудивительно, что по всему региону к северу и востоку от Тишита находятся каменные руины постоянных или временных жилищ крестьян, охотников-собирателей и пастухов, некоторые из них образуют целые деревни на тысячи обитателей. Позднее, в VIII веке, здесь наблюдался подъем империи Гана, столица которой лежала в нескольких сотнях километров юго-восточнее Тишита, на границе с Мали.

В истории Тишита осталось немало загадок, но почти нет сомнений, что его первыми жителями были предки народности масна – подгруппы народа сонинке – которой принадлежит преимущественное право на добычу соли из солевой корки, образующейся после летних дождей в ложе озер вокруг Тишита. Cоль по большей части продают пастухам в качестве кормовой добавки для животных. Помимо масна в Тишите живут еще два племени: шурфа и авлад-билла (последнее – племя кочевников, осевшее здесь в конце XVIII века).

До начала XX века Тишит был перекрестком торговых путей, где прибывающие издалека караваны обменивались местными и иностранными товарами. После колонизации региона французами в 1911 году местные караваны продолжали поставлять в город важнейшие товары, но транссахарская торговля из Марокко пришла в упадок. В сегодняшней Мавритании Тишит остается одним из самых отдаленных поселений в пустыне.

Мужчины и женщины разбивают соляную корку на дне древнего озера рядом с Тишитом. Они собирают соль в мешки, грузят на верблюдов и продают караванщикам, а те перепродают ее пастухам, которые используют соль как кормовую добавку для животных

Исламское образование

Тишит имеет давнюю традицию исламского образования. В начале XII века в Тишите жило много мусульманских ученых, среди них был Шариф Абд аль-Мумин. Сегодня в этом сахарском оазисе существует около 20 крупных библиотек, где хранятся собрания рукописей, свидетельствующих о том, что некогда здесь процветало ученое сообщество. Доказательством тому служит хотя бы 800-томное хранилище рукописей, принадлежащее семье Лимама Ульд Абдель Мумина, который возглавляет единственный в Тишите музей.

Археологические находки в Тишите – лежащем у подножья известнякового плато, на которое можно подняться только на верблюдах или внедорожниках – свидетельствуют о том, что местные жители занимались разведением растений еще 4 тысячи лет назад

В последние годы Фонд древних поселений при министерстве культуры Мавритании работает над сохранением рукописного наследия Тишита и соседних городов-оазисов. Несколько местных семей взяли это дело в свои руки: создали «Клуб спасения рукописей Тишита» и каталогизировали библиотеки шести семей. Председатель клуба — историк Мохамеду Ульд эль-Шариф Буя (Mohamedou Ould El-Sharif Bouya). Эта должность перешла ему от покойного хранителя местной истории Дадды Ульд Идды (Daddah Ould Idda). По его словам, сохранение этих «сокровищ Сахары» для будущих поколений невозможно без материальной поддержки.

Среди выдающихся ученых Тишита было немало женщин, предания о них сохранились в народе. В мечети Тишита, фасад которой украшен треугольными нишами, типичными для каменных построек города, был отдельный вход для женщин, отличающийся внушительным размером и красотой отделки. Женщины из всех трех племен Тишита и по сей день возглавляют домашние начальные школы для мальчиков и девочек, где преподают Коран и арабскую грамоту.

Традиционно женщины-ученые в Тишите принадлежали к клану Шурфа, который, как считают, ведет свою родословную от Пророка Мухаммада (мир ему и благословение). Как и коллеги-мужчины, они учили наизусть Коран, чтобы получить почетное звание хафизы, и рукописи некоторых из них можно найти в хранилищах Клуба по охране рукописей.

До нас не дошли имена женщин-ученых, живших ранее XVIII века. Что касается этого периода, то нам известно имя Аишату минт аль-Факих Абу Бакир ибн аль-Амин ибн аль-Шаа аль-Муслими, по преданию, однажды она продала 70 верблюдов ради одной рукописи: это был сборник хадисов Ибн Хаджара.

Другой пример женщины-ученого – Аль-Хасния минт Фадил аль-Шариф, жившая в XIX веке. Ее мужем был ученый, у них было четверо сыновей, и все они тоже стали учеными. После ее смерти ей стали посвящать песни и стихотворения, многие из них напечатаны в антологии литературы народов Сахары Джамала Ульд аль-Хасана «Дала аль-Адиб».

Самая знаменитая из женщин-ученых Тишита Фатима минт Шайхна Буяхмед – возможно потому, что ее не отделяют от нас столетия, так как она умерла в середине XX века. Ее отец был факихом и учил ее исламскому праву, поэтому она преуспела в изучении этой дисциплины и даже периодически писала фатвы от имени отца.

Напротив, Ярфуна использовала свое скудное знание грамоты, чтобы заниматься караванной торговлей, и она была не единственной женщиной из племени масна, известной своим предпринимательским дарованием. Например, Фатимату минт Сери Ниаба, жившая в XIX веке, не только была успешной предпринимательницей, но и образованной женщиной, и именно это стало для нее залогом процветания в бизнесе, как и для многих других женщин из Тишита.

Женщины Тишита занимаются изготовлением бус: шлифуют каждый кусочек ракушки на гранитной плите и аккуратно просверливают в нем до пяти отверстий

Изготовление кускуса – еще одно искусство, которым владеют женщины Тишита. Кускус – один из основных продуктов питания не только в Мавритании, но и по всей Северной и Западной Африке

Юма минт Бай плетет коврики из пальмовых прутьев, скрепленных кожаными шнурами

Мусульманки всегда отстаивали свои имущественные права, ведя записи своих коммерческих сделок и договоров. Они фиксировали выдачу кредитов, выплаты займов, записывали имена людей, с которыми вели торговлю и обменивались информацией о рынке. Только отдельные женщины из привилегированных семейств, такие как Фатимату, имели достаточно знаний, чтобы составлять контракты и вести переписку. Экономика Тишита всегда зависела от караванной торговли, поэтому писчая бумага была здесь сравнительно дорогим товаром. Таким образом, не каждый мог себе позволить вести доскональный письменный учет своей деятельности, даже нанимая для этого писцов.

Женщины всегда участвовали в торговой жизни Тишита и иным образом, например, они занимались изготовлением и украшением кожаных переплетов для рукописей, подушек, кожаных мешков - всеми эти вещи тоже шли на продажу. Местные женщины всегда подтверждали мавританскую пословицу «Женщина – штаны мужчины», подразумевающую, что женщина защищает и оберегает мужа, а значит, всю семью.

Ручной труд женщин имел критическое значение для экономики Тишита. С одной стороны, женщины занимались изготовлением оснастки для караванов, сёдел, попон, бурдюков, мешков для перевозки товаров, таких как финики, жир, просо. Из пальмовых волокон, травы и полосок кожи они плели ремни, уздечки, веревки для крепления груза на верблюдах.

С другой стороны, как показывает пример Ярфуны, женщины имели к караванной торговле не только косвенное, но и прямое отношение.

«Караванная» жизнь

Покойные Фалла минт Бубу и ее муж Халифа Ульд аль-Башир были классическим современным примером семьи, занимающейся такой торговлей. Почти каждый год они снаряжали караван и по три месяца в году путешествовали на верблюдах вместе с шестью детьми. А бывало и так, что Фалла – сильная, как воин, женщина – сопровождала караван одна.

Предназначенные для многолетнего использования, седла часто изготавливали женщины, так же как и попоны и переметные сумки

Обычно караваны из Тишита отправлялись в Банамбу, Нуару, Нару или Ниоро – рынки в Мали, на южной оконечности пустыни. Например, Фалла и ее семья обычно ездили в Банамбу. Семьи, занимающиеся караванной торговлей, редко ездят поодиночке, чаще они собираются группами для безопасности.

Сейчас детям Фаллы от 30 до 50 лет. Они рассказали о том, как обычно проходило их путешествие. На дорогу от Тишита до Банамбы уходил целый месяц. Караван шел без отдыха с утра до вечера.

«Мы шли, шли и шли без остановок до послеполуденного или вечернего намаза», — вспоминает пожилая караванщица Фатима минт Мбарак.

Караван шел от колодца до колодца, иногда запасы воды не пополнялись по шесть дней.

«На остановках мы всегда разгружали верблюдов и начинали молоть пшено… Женщины и девочки готовили кускус с козьим жиром и вяленым мясом. На следующий день остатки разогревали на завтрак», — рассказывает младшая дочь Фаллы.

Днем было столько дел, что детям было не до игр. Дети Фаллы упоминают и о песчаных бурях, но без подробностей. Больше всего им запомнилось постоянное движение каравана.

Обычно взрослые шли рядом с гружеными верблюдами, чтобы поспевать за ними, детям приходилось бежать. Средняя скорость верблюда 6 километров в час, что равно скорости пешехода, передвигающегося быстрым шагом.

Когда они очень уставали, им давали передышку, это было примерно каждые два часа – тогда им разрешали вскарабкаться верхом на верблюда, что требовало своей сноровки. Сын Фаллы вспоминает, что однажды больно поранился о ремни, которыми крепились кожаные сумки с солью на спине верблюда.

Каждый день караван равномерно и неукоснительно продвигался вперед, чтобы поспеть на рынок к январю, когда заканчивается сбор урожая, и цены на пшено самые выгодные. По прибытии соль обменивали на пшено, после чего мужчины уводили верблюдов на пастбища, а женщины торговали своими кожаными изделиями, бусами и другими товарами. Некоторые выучили местный язык бамбара, это помогало им в торговле, другие объяснялись знаками.

В этой нелегкой кочевой жизни женщины всегда служили примером стойкости, и пожилые мужчины, которые уже не водят караваны, до сих пор вспоминают заслуги женщин в своем собственном становлении в этой профессии.

«Впервые я пошел с караваном еще мальчиком, его вела моя бабушка Ифна минт Карба», — рассказывает Байба Ульд Бала, которому без малого сто лет.

Один из старейших жителей Тишита, он оказался одним из последних носителей языка азер, преобладавшего в этом регионе до того, как его вытеснил арабо-берберский язык хасания. Ныне покойный Баба Газзар рассказывал, что постигал премудрости караванной торговли от женщин из своей семьи.

Жизнь в Тишите

Караваны возвращались в Тишит, груженые самым разным товаром: пшеном, составлявшим основу рациона местных жителей, орехами, специями, деревянными изделиями, хлопковой одеждой. С караванами пригоняли и рабов. Рабы работали на карьерах известняка и песчаника, которые использовали в строительстве. Рабы обрабатывали пальмовые плантации, на которых выращивался один из самых ценных товаров местного экспорта – финики.

80-летняя Фатима минт Мбарак поведала историю о потерянных верблюдах и нескольких страшных днях, когда она думала, что навсегда потеряла дочь

Раньше выращивание фиников было очень трудоемким делом, так как требовало регулярной уборки песка, очистки листьев от соли и пересадки молодых ростков. Работник пальмовой плантации мог следить одновременно не более чем за 10 деревьями. В наше время производство фиников уже не является предметом гордости Тишита из-за снижения численности населения. В 1999 году сильное наводнение привело к массовому уходу жителей в Тиджикжу и столицу Нуакшот. Теперь в Тишите осталось не больше 500 человек, тогда как до наводнения население превышало 3 тысячи.

Караванщики обсуждают планы отправки каравана с солью

Одно из ремесел, которым занимаются женщины в Тишите и соседней деревне Акрейджит, это изготовление бус из ракушек. В прошлом их здесь же и собирали – следы древней эпохи, когда на территории Сахары буйствовала растительность, голубели озера и было изобилие животных. С некоторых пор ракушки стали привозить с побережья Атлантики.

Женщины и девочки часами обтачивают кусочки раковин о гранитную скалу, получая бусины нужной круглой формы. Затем в каждой аккуратно просверливают четыре-пять отверстий. Эти бусины раньше были важным предметом меновой торговли, который высоко ценился на рынках Мавритании и Мали – такие бусины женщины вплетали в праздничную прическу. У караванщицы со стажем Тахиры минт аль-Хатаби на изготовление одной такой бусины уходит более часа.

Еще один предмет экспорта – это желтоватый порошок кальция «лувинкель», который собирают на близлежащих холмах и используют для медицинских нужд: для лечения изжоги, несварения и других недомоганий. Сегодня такой порошок продается на килограммы в любой лавке в Тишите.

По традиции в Тишите учат грамоте и мальчиков, и девочек, как правило образование начинают с Корана

Здесь же продаются товары из Мали, которые на верблюдах или грузовиках везут через Аюн эль-Атрус, город в 200 км к югу от Тишита. Среди этих товаров десятки всевозможных специй, готовые смеси для приготовления кускуса, например, смесь пряных трав такия, травяная приправа симбала, которую продают скатанной в виде сигары, черный и красный перец, семена баобаба, используемые для приготовления напитков и как лекарство, козий жир, лук, белая и красная фасоль, арахис, сушеное мясо, краска индиго и хлопковое полотно из Мали. Кроме еды и одежды здесь можно найти деревянную утварь: от больших ступ для измельчения пшена до сосудов для доения животных и хранения фиников.

Истории о путешественниках

В Тишите ходят истории о путешественниках, умирающих от жажды рядом с пересохшими колодцами, сбежавших верблюдах, песчаных бурях.

Внучке Ярфуны Мурджан минт Изидбих было 11-12 лет, когда ее случайно забыли по дороге. Она собирала с деревьев акации гуммиарабик, используемый для самых разных целей от загущения молочных напитков до подкрахмаливания одежды, и не заметила, как прошло время. Когда она поняла, что ее долго не окликают, было уже поздно – караван снялся с места и ушел без нее. Только на следующий день семья поняла, что забыла дочь, и выслала за ней спасателей на верблюдах. Мурджан пришлось провести страшную ночь в пустыне под открытым небом. На следующий день она встретила кочевников, которые приютили ее. Родные разыскали ее только на седьмой день.

Суэйд Ульд Мохамед Буяту, слева, и Лимам Ульд Абдель Мумин показывают рукописи из своего архива – одного из 20 местных архивов, некоторые рукописи в них датируются XII веком

Из-за особенностей женского организма, связанных с деторождением, для женщин караванная жизнь сопряжена с особыми трудностями. Одна местная жительница рассказала, что когда-то, будучи на большом сроке беременности, застряла с караваном до конца зимы, а весной, когда они возвращались в Тишит, стояла такая жара, что у нее случился выкидыш. С тех пор она поклялась больше не ходить с караванами.

Фатима минт Мбарак вспоминает, как по дороге из Мали в Тишит несколько семей постигла беда. Однажды ночью их верблюды – около 80 штук – заблудились и потерялись. Большинство людей арендуют верблюдов у более зажиточных односельчан, таких как Ярфуна, поэтому люди были в отчаянии. Мужчинам потребовалось две недели, чтобы пешком разыскать всех пропавших верблюдов.

«Хвала Аллаху, это произошло, когда мы стояли у колодца», — вспоминает Фатима.

22 декабря 2009 года в Тишит пришел караван из 57 верблюдов в сопровождении пяти мужчин. Они доставили пшено, рис – продукт, лишь недавно появившийся в рационе местного населения, – специи. Весь город был на ногах, начиная с Мохамеду Ульд Хамара, «хранителя сабхах», или солончака, – представителя народности масна, который контролирует сбор соли и сбор налогов. Мужчины и женщины сразу же принялись за работу, ползая на коленях, они добывали соль на дне озера. На следующее утро на каждого верблюда погрузили по четыре мешка соли весом по 50 кг. С помощью местных жителей на погрузку ушел всего час, и караван сразу же отправился в путь.

Груз одного верблюда был продан караванщикам по 600 мавританских угия (около 2,25 долларов), вырученные деньги поделили между тремя главными кланами Тишита. Шурфа и авлад-билла получили по одной четверти, остальные деньги достались масна согласно договору, действующему еще с колониальных времен. В результате этой сделки хранитель солончака собрал в пользу города налог в размере 0,25 цента за груз одного верблюда.

Учитывая, что каждый из 57 верблюдов несет 12 кг соли, караванщики из Аюна заплатили семьям в Тишите за их груз, в общей сложности, 128 долларов. В Тишит стали чаще ездить грузовики, а караваны становятся все более редкими

В 1960-х средний обменный курс пшена на соль составлял две меры против одной. Сегодня прибыль гораздо меньше, говорит караванщик Мохамед Ульд аль-Наджим, 60-летний мужчина из Аюн эль-Атрусса. Караваны больше не доходят до Мали: с 2006 года Аюн и малийский рынок в Ниоро связывает автодорога. Поэтому в наши дни в Тишите караванной торговлей занимаются только единицы мужчин, их маршрут не идет дальше Аюна или Тимбедры и занимает в среднем 10 дней в одну сторону.

В Аюне соль продается в среднем по 2500 угия за мешок, или 9,4 доллара. Таким образом, валовая прибыль составляла примерно 35 долларов с верблюда, или 1995 долларов за весь караван (3 из 57 верблюдов этого каравана принадлежали женщинам). В эти подсчеты не входит оплата аренды верблюдов и снаряжения каравана или доход от доставки груза в Тишит.

На протяжении веков караваны были жизненными артериями Сахары. Хотя в наше время Тишит фактически изолирован, так как находится в стороне от основной сети автомагистралей, местное население все меньше полагается на верблюдов и все больше на дизельные грузовики, которые регулярно добираются сюда по бездорожью из Тиджикжи, привозя в город товары и увозя отсюда главные предметы экспорта: соль и финики.

Традиционно в Мавритании караванная торговля всегда была мужской профессией. Однако в Тишите эта область не была исключительно привилегией мужчин. Состоятельные женщины вкладывали деньги в караваны, нанимая в качестве сопровождения родственников, наемных караванщиков или отправляя с ними рабов. Женщины из бедных сословий сами ходили с караванами, чаще всего с мужьями и детьми. В Тишите до сих пор вспоминают таких женщин, так как именно им принадлежала главная роль в подготовке каравана, определении маршрута, условий торговли и распределении труда между членами семьи. Поэтому история караванщицы Ярфуны передается в Тишите из уст в уста.



0 комментариев